От чего-то в первый момент мне показалось странным то, насколько спокойно окружающие относились к явно видимой ими сцене. Две женщины, едва перешагнувшие рубеж бальзаковского возраста, стояли, немного наклонившись, над двумя же девчушками лет 9-10. В руке у одной из женщин были несколько журналов, бросающихся в глаза яркостью красок, вторая держала пухлый и истыканный закладками, книжный том. На лицах девочек, невзирая на расстояние и мое плохое зрение, читались смущение и растерянность. 9 лет – не тот возраст, когда ребенок может спокойно послать к чертям взрослого, да еще и с книгой в руке.